ГОРОД СНОВИДЕНИЙ
В темных парках качаются сонные липы,
За немыми фонтанами прячутся звезды.
Я, как водится, путаю «leben» и «lieben» —
Ведь уже очень поздно…
Я смеюсь, потому что устала бороться.
Я вальсирую в свете каштановых свечек…
Как забавно! Твой крестный – сам дядюшка Моцарт,
Этот милый и странный, чудной человечек…
Я во власти пломбира с банановым вкусом,
Как другие бывают во власти эмоций…
Я смеюсь, потому что устала быть грустной –
А наверное, все-таки скоро придется:
Наше темное небо становится серым,
Набухая малиновой пеной по краю…
Я в тебя бесконечно, безудержно верю –
Потому что теряю.
НОЧЬ
1.
Как-то бродила по городу
Ночь
Бесприютная
В окна заглядывала
Как будто
Искала себе спутника
Только куда ни плюнь
Всюду храпящие морды
Бороды
Щеки в цветах от подушек
Словом сплошные туши
И
Ни души
2.
Раз-два-четыре-двенадцать-
Ноль:
Время исчезло.
На циферблате черной дырой
Полночь разверзлась,
Кляксой разлезлась
И как ржа
Точит железо
Нервов.
Песок в кулаке
Сжат,
Прочее – в бездну:
Время исчезло…
3.
И вся начинка мира под луной
От самых древних льдов палеолита
Сосредоточена в одной,
ПОСЛЕДНЕЙ букве алфавита:
Я – это мир.
И в нем настала ночь.
АНТОНИМ
Анемично-антично-немо,
Анонимно-интимно-мимо
Проходила по вашим землям
Чуть пингвиньей походкой мима.
Словно черт, в черепной коробке
Вы возникли… Пробой в затылке!
Вы меня подстрелили пробкой,
Вы поддели меня, как вилкой —
Не ухмылкой! Оскалом — в зубы…
Светотенью в глазах мелькая,
Мы вдруг стали конем без крупа,
Развеселым тяни-толкаем,
Бесконечно похабным зверем:
Щукой! раком! Двуликим… (позже!)
…Я вот как-то теперь не верю,
Что антонимы — пара тоже…
БЕСПОКОЙНАЯ ЗАУПОКОЙНАЯ
В глазах — опустевшая ночь.
Обесточенный
Город лежит, словно туша медведя.
Медью
Во рту отзывается гарь.
Бледен
Единственный в мире фонарь…
Слизывать
Капли дождя с подоконника,
Всхлипывать
Тоненько:
Что-то приблизилось
К самому носу…
Еще бы чуть-чуть…
…В поисках сердца
Ощупывать грудь…
* * *
Я сплю одна, раздетая по-дамьи.
Уже апрель, а Германа все нет.
Зубная боль тупого ожиданья
Дороже всех оргазмов и конфет.
Дрожат кусты в цветах простых и нежных.
У свежих почек пиелонефрит.
Мне вырвали подгнившую надежду.
Я сплю одна. Я горький инвалид.
И поцелуй коньячно-безнадежный
Мне дарит рюмка с запахом весны.
Мне кто-то лжет. По-прежнему. Как прежде.
Вливая боль в отверстие десны.
МОТЫЛЬКИ
Из алюминиевой фольги
Мы кем-то склеены непрочно;
Мы – недоноски летней ночи:
Я и седые мотыльки.
Мы – вечно длящийся канун,
Исчадья пепла, дети пыли…
Эй, мотыльки, мы точно были?
И не приснились никому?..
Полет наш быстр и бестолков.
Но помнят нас немые стены,
Когда на них ложатся тени,
Как рой бессмертных мотыльков.
НА ДОРОЖКУ
Заманив меня в лужу ложью —
Непридворной и непарадной,
Кто-то бросил меня без кожи
На дороге обратно к правде;
Веселя и вгоняя в краску —
Чтоб успела чуток согреться,
Кто-то бросил меня без маски
На холодные ребра рельсов…
А потом, на пустом, как вечер
И глухом, как стена, вокзале
Я клялась, что кого-то встречу
И ему посчитаю шпалы;
Только кто-то ушел без боя,
Зацепив облака закрылком,
И увез навсегда с собою
Шутовскую мою ухмылку.
* * *
Не пожелай другого сна,
Чем вверенный моей заботе!..
Я обрываю голос на
Пронзительной скрипичной ноте,
И гонит ночь хвостом бича
К руке прилипшая свеча…
И ни тропинок, ни оград
Вокруг — ни Брейгеля, ни Босха,
Один лишь дикий виноград
И жирная земля погоста,
Куда коленями вросла…
Не пожелай
другого
сна.
* * *
А вы
Напишите мне что-нибудь злое,
Чтоб горечь алоэ
Текла с языка –
Пока я не скрылась
Под ровненьким слоем
Песка –
Сухого, как «здрасьте»
С утра на работе…
Для новой главы
Выделяется сок…
И, может, как вы
Я назавтра кого-то
Почти что бесстрастно
Вцелую в песок.
ANGELUS
Черная кожа. Светлая сталь.
Белые пальцы и темные мысли.
Дни умирают мучительно быстро.
Близится август. Город устал
Видеть меня на своих тротуарах,
Грудью ложиться мне под каблук.
Небо роняет солнце из рук,
Стены равняя по цвету с пожаром…
Мраморный ангел смотрит в лицо.
Я закрываюсь руками от света:
Невыносимо… Кончается лето
Ангелов…