Американцы — народ довольно странный. С одной стороны о представителях этой нации давно сложился стереотип как о людях, озабоченных исключительно проблемами материальными, извлечением выгоды из любого начинания, будь то запуск космического спутника или выпуск нового вида спичечных коробков. С другой стороны, те же самые американцы, которые и старой газете не дадут пропасть, каждый год выбрасывают миллионы долларов на всевозможные программы обмена, международные образовательные проекты, слеты и конференции. Зачем? Этот простой вопрос мучает участников вышеперечисленных мероприятий, пожалуй, сильнее, чем проблема существования мучила принца датского. Перекачка мозгов, отмывание денег, вербовка спецагентов — вот перечень далеко не самых фантастических предположений на этот счет, какие мне доводилось слышать. Так зачем же все это нужно США? Попытаюсь сделать ряд предположений, описав Российско-американскую студенческую конференцию ‘»Демократические партнеры», которая вот уже третий год проходила в знаменитом Стэнфордском университете в Калифорнии, в которой мне посчастливилось принять участие.

Вот уже третий год в стенах одного из лучших университетов США собираются 25 российских и 15 американских студентов для обсуждения российско-американских отношений. Участники обеих сторон проходили двухэтапный конкурсный отбор, который включал написание нескольких эссе, разработку общественного проекта и интервью с организаторами конференции — студенческими лидерами Стэнфорда. «Наша миссия — обеспечить диалог между студентами России и США и между обеими нациями»? — было громко заявлено в программе. Реализована идея в лучших традициях Стэнфорда — с большим количеством именитых гостей, но в довольно непринужденной обстановке.

Помимо серьезных дискуссий и лекций расписание включало в себя и много развлекательных программ: экскурсию в Сан-Франциско, поездку на пляж в Санта-Круз и многое другое. И это при том, что организаторы все время жаловались на скромный бюджет мероприятия, «в этом году мы очень ограничены в средствах, нам удалось собрать всего-то 60.000 долларов», сетовали руководители проекта. Собирали деньги долго, по различным комитетам, отделам университета, некоммерческим организациям и даже у частных лиц. Впрочем, довольно типичное явление для США, которое показывает, что за подобные проекты готовы платить не только государство, но и граждане.
Участники конференции жили в общежитии Стэнфорда вместе со студентами университета. Моя соседка по комнате поведала мне, что желающих подселить к себе на время конференции студентов из России было так много, что заявки подавались еще в прошлом году, при том, что за подобное гостеприимство студенты не получали ничего, кроме возможности поболтать с русскими во время редких минут свободного времени.

График конференции свободным действительно не назовешь, время было расписано буквально по минутам. Первый день был посвящен знакомству со Стэнфордом — легендарным университетом США, подарившему нации 12 лауреатов Нобелевской премии и сотни виднейших деятелей страны. В Стэнфорде любят шутить о том, что Гарвард сам сотворил себе главного конкурента в виде Стэнфорда. B 1891 году чета миллионеров Джейн и Лилэнд Стэнфорд обратились в Гарвард с просьбой назвать одно из зданий университета в честь своего единственного сына, умершего от тифа в пятнадцатилетнем возрасте. Несмотря на предложенное баснословное денежное пожертвование, администрация Гарварда дала категоричный отказ. Скорбящим родителям не оставалось сделать ничего другого, как основать в честь своего ребенка университет, который смог бы составить конкуренцию самому Гарварду. На официальной печати Стэнфорда выгравирована цитата фон Гуттена: «Веет дух свободы» — своеобразный девиз Стэнфорда. Эта фраза определяет всю политику университета. Достаточно вспомнить, что ректором Стэнфорда совсем недавно была Кондолиза Райс — первая женщина-ректор и первая афро-американка, занявшая подобный пост. Ныне политологи прочат ей стать первой женщиной — президентом США. Она открывала конференцию прошлого года. Гости этого года так же отличались звездностью состава. С лекциями и дискуссиями выступили известные политологи Блэкер, Мак Фолл и Глория Даффи, посол США Ричард Монингстар, консул России в Сан-Франциско генерал Виктор Лизун, легендарный стэнфордский профессор Дэвид Кеннеди, профессор Ричард Блум. «Гвоздем» программы был министр обороны США Вильям Перри. Круг обсуждаемых вопросов был чрезвычайно широк. В первую очередь рассматривались проблемы внешнеполитических отношений в мире после событий 11 сентября, перспективы вступления России в НАТО, российско-американские экономические связи, проблемы гражданского общества. Важным моментом программы явилась так называемая симуляция: студенты должны были почувствовать себя членами кабинетов США и России и после двухдневных переговоров подписать двусторонний договор по расширению НАТО.

Таковы были цели и программа конференции. Что в итоге? Конечно, наивно полагать, что подобные конференции реально могут изменить ход развития дипломатических отношений США и России и будет достигнут обещанный диалог культур. Также очевидно, что обсуждаемые вопросы слишком сложны и широки для исчерпывающего объяснения. И, наконец, несмотря на график работы, студенты, как русские, так и американские, в первую очередь запомнили экскурсии, неформальное общение и яркое калифорнийское солнце. Так неужели 60000 долларов американских налогоплательщиков были потрачены на увеселительное мероприятие? Отнюдь. Помимо приятных впечатлений и разработанных проектов участники конференции вынесли кое-что еще. Русские студенты получили возможность воочию видеть тех, кто будет творить внешнюю политику США лет через 20. Интересен тот факт, что многие участники с американской стороны — эмигранты или дети эмигрантов из бывших республик СССР, почти все прекрасно говорят по-русски, так что порой легко было забыть, какую сторону представляют некоторые студенты. Да и назвать каких-нибудь Мишу и Полину американцами язык не поворачивался. А ведь многие из таких студентов специализируются на российско-американских отношениях. Таким образом, противопоставление «мы-они» в сознании несколько стирается, и США уже не воспринимается как нечто чуждое и постороннее. По-моему, подобные программы — это идеальный прием PR для американской политики. Сотрудник Американских Советов по международным образовательным обменам как-то, отвечая в тысячный раз на вопрос «зачем?», сформулировал суть подобных пограмм очень просто: «Мы выбираем молодежь с задатками лидерства, неважно в какой области. Лет через 10-15 наши участники будут занимать руководящие посты различного уровня и в различных областях деятельности. И у каждого из них уже сформировано положительное отношение к США, что благоприятно скажется на поведении переговоров, подписании контрактов, соглашений и распространении американского образа ведения дел.» Так что, тратя каждый год миллионы долларов на всевозможные программы обмена, слеты и т. п., американцы не занимаются ни благотворительностью, ни переманиванием талантов — для этого существуют другие способы и организации. Просто США беспокоятся о будущем, о своем собственном имидже и в перспективе — о внешнеполитических успехах.